13:53 

"И до скончания времен..." Часть 5-2

Ringa-Atena
Нелетучий Мыш подземелий. Руками не трогать.
***
Северус стоял в тени дома на маггловской улице и ждал. Он не знал, откуда взялось это чувство ожидания, но понимал, даже не разумом – каким-то новым, недавно родившимся чувством, что не уйдет отсюда, пока сделает то, что должен. Что он должен сделать тоже оставалось для него загадкой.
Рассвет уже наступил, и солнце робко красило верхушки многоэтажек в розовый цвет. Улица начинала оживать, наполняться шумом автомобильных гудков, ровным гулом людских голосов и редким пением птиц, рискнувшим залететь на окраину людского мегаполиса. Город наполнялся жизнью, а Северус все ждал.
Проходившие мимо жители не проявляли особого интереса к странно одетому мужчине, прислонившемуся плечом к каменной кладке. Ну и что, что раньше подобных ему людей здесь не встречали. Ну и что, что своей бледностью он походил на ледяную скульптуру, а колышущиеся под легким ветерком полы мантии напоминали крылья гигантского ворона. Ну и что, что этот человек был здесь абсолютно неуместен. Лондон не привык к странностям – он просто не хотел их замечать.
А может, действительно никто не видел замершую и обреченно поникнувшую плечами, черную фигуру.
Снейпа удивляло безразличие редких пока прохожих, но он был благодарен за это Богу, Мерлину или кому там еще.
Он все обдумывал признание Люциуса. Теперь он понимал, почему ничего не может сделать с изобилием Гермионы, усиленным заклятием.
«Конечно, в древности из десяти до совершеннолетия доживало от силы три-четыре младенца. Отсюда и желание наплодить как можно больше потомства, даже в ущерб здоровью роженицы».
Зельевар знал, сколь непродолжительной была жизнь в древности – даже маги и те не успевали прожить отпущенный судьбой срок. Мужчины гибли в битвах, женщины… при родах.
Снейпа прошиб холодный пот. Сразу же в памяти всплыли слова жены.
«Тебя все устраивает, а я - устала!»
Конечно, устала. Конечно, у не нее осталось сил – все отдала детям. Его детям. Удивительно, как при такой нагрузке Гермиона умудряется выглядеть настолько привлекательно. А ведь она еще и работает на износ!
Впервые, Северус почувствовал раскаяние и вину. Он сам все испортил, и валить ответственность за свои поступки – нет, за тот единственный, самый непростительный поступок - не на кого.
«Клянусь, даже если я не смогу полюбить ее так, как должен, то все равно сделаю все, чтобы Гермиона стала счастлива!»
Воздух всколыхнулся от невидимой вспышки магической клятвы.
И тут случилось то, чего так долго ждал маг. Что-то изменилось в мире. А чему-то еще только суждено было случиться.
Снейп сделал шаг вперед, выходя из тени, его взгляд оказался прикован к магглу, остановившемуся на краю тротуара. «Кажется, он хочет перейти дорогу и ждет сигнал светофора», - мелькнуло в голове Снейпа, не так уж и не знакомого с правилами маггловского мира.
Маггл был не стар, лет сорок - сорок пять, но было в нем что-то такое, что заставило Северуса брезгливо поморщиться.
Было плохо уже то, что этот мужчина стоит здесь. Дышит. Существует… Живет.
Снейп инстинктивно вскинул руку ладонью вперед, словно желая защититься от нахлынувшего чувства неправильности.
Одновременно с этим жестом маггл покачнулся, стараясь удержать равновесие, взмахнул руками, роняя на землю портфель, и сделал шаг вперед. Под колеса летящего по трассе грузовика.
Визг тормозов, глухой стук удара, сочное чваканье и красные полосы на асфальте – след шин затормозившей машины. Не черный – красный. Потому что хоронить там, кажется, уже нечего.
Даже Снейпу, на службе у Лорда видавшему и не такие страсти, стало не по себе. Что уже говорить о магглах...
На одну, томительно долгую секунду наступила звенящая тишина, а потом взорвалась криками, руганью, плачем… кто-то кинулся звонить в полицию, еще один маггл лихорадочно набирал номер скорой. Какая-то грузная женщина тяжело осела на землю, а ребенок, стоявший рядом с ней, зашелся в истерическом плаче.
- Мужчина, вам тоже плохо? – Северус обнаружил, что какая-то не в меру глазастая маггла все-таки заметила его и теперь теребит за рукав, донимая вопросами. – Чем я могу вам помочь? Вы такой бледный и отрешенный, словно сама смерть. Сейчас скорая приедет и вам…
- Мне хорошо, - оборвал ее Снейп. – Вам самой-то не страшно? Болтаете тут.
- Страшно, - смущенно потупилась девушка, – потому и болтаю. У меня всегда так, когда я испугана. Так, с вами точно все в порядке?
- С ним все в порядке, - прозвучал над ухом голос. – Он меня ждал.
- Ой, простите, - смутилась девушка. - Вы его жена? Ну, тогда вы сами ему поможете, а то ваш муж едва стоит.
- Обязательно помогу, милочка. Идите, - последнее слово несло в себе приказ, ослушаться которого маггла не могла. Коротко кивнув, она на негнущихся ногах отправилась прочь, и с каждым шагом странная встреча понемногу изглаживались из ее памяти.
- Тебя никто не должен был увидеть. Скорее всего, она не маггла, а сквиб, но сама о своем происхождении не догадывается. Видно, твои сородичи в свое время избавились от ненужной обузы и выбросили из волшебного мира.
- Не должен увидеть? Да неужели, жена? Не объяснишь, что я тут делаю? - Северус повернулся и посмотрел в лицо ухмылявшегося Смерти. – Со мной-то понятно, но почему она увидела тебя?
- Каждый видит меня в той форме, в какой я позволяю себя увидеть. А почему вообще увидела? Все просто, я так захотел, - и без перехода. – Тебе понравилось?
Снейп закрыл глаза, потом медленно их открыл.
- Понравилось? – переспросил он.
Смерть мученически закатил глаза и неожиданно для Снейпа провел перед его лицом ладонью, словно стирая привычную реальность и устанавливая другую, свою.
Перед глазами замелькали черные песчинки, и Снейп обнаружил, что стоит уже не на незнакомой, но теперь казавшейся такой родной маггловской улице. Они были в сердце черной пустыни.
Снова.
Под ногами сквозь песок виднелся истертый камень - видно в этом месте гранитная порода нашла выход из-под земли наружу. Но вокруг, как и прошлый раз, было темно от взметнувшихся к небу туч песка. Впрочем, на площадке, где стояли они со Смертью, бури не было. Наоборот, здесь, казалось, даже воздух замер. «Или умер» - хмыкнул про себя зельевар.
- Что, я на том свете? Опять? - желчно поинтересовался он. – Это становится скучным.
Смерть смерил Снейпа презрительно-сочувствующим взглядом – так смотрят на недоумков, раз за разом совершающих идиотские поступки.
Теперь в облике Бога не было ничего, чтобы напоминало о его человеческой ипостаси. Ему даже не пришлось менять облик. Само выражение лица, превратившееся из насмешливого в отчужденно-холодное; его поза, выражавшая безразличие ко всему живому, да и мертвому тоже; черная плена, взметнувшаяся за спиной, то ли плащ, то ли кожистые крылья (а может, это взмыл ввысь вихрь песка) - все говорило о нечеловеческом происхождении существа.
- Я уважаю смелость, - пророкотал Бог. – Ценю едкий юмор. Люблю искренность. Но, - он шагнул к Снейпу, вынудив того попятиться, - не выношу наглости или глупости. Не разочаровывай меня, Жрец.
Северус, не сводивший со Смерти завороженного взгляда, кивнул. Теперь зельевар находился практически на границе между спокойствием каменистого оазиса и бешенством бушующего песка - еще шаг и черная завеса за спиной поглотит смертного, осмелившегося возмутить самого Бога.
- Я не разочарую, - Северус решил, что одного кивка окажется недостаточно, и поспешил облечь свое обещание в слова, а потом, подумав, добавил. – Мой Повелитель.
Смерть вскинул бровь, явно передразнивая излюбленный жест самого Северуса, и сразу же надменное равнодушное божество пропало, став похожим на себя прежнего - такого, каким узнал его Северус. Словно заботливая мамаша, он стряхнул с мантии зельевара черную песчинку и потянул к себе, уводя с границы в центр каменистой площадки.
- Не стой там, еще провалишься - вытаскивай тебя потом, - с ехидцей протянул он.
Снейп хотел, было спросить, откуда его прийдется вытаскивать, но прикусил язык. Собеседник явно дал понять, что не потерпит глупых вопросов, а этот - из разряда наиглупейших. Ясное дело, что здесь раскинулась владения смерти, значит, тот намекает, что его, Снейпа вновь прийдется оживить. «Но это значит, что сейчас я жив. Как такое может быть?»
- Здесь оазис, - ответил на невысказанный вопрос Бог.
И снова Северус ничего не спросил, хотя очень хотелось. И хорошо, что не спросил. Секундой позже взгляд зельевара упал на трещину среди камней, где к небу (пусть и такому странному, но все же небу) пробивался зеленый росток – жизнь, столь неуместная в этом царстве распада и увядания.
- Скажи, - медленно начал он, смело глядя Богу в глаза, - если есть Жрецы Смерти, значит, существуют и Жрецы Жизни? Я прав?
- Почти, - Смерть задумчиво провел пальцем по губе. - Ошибся лишь в названии, раньше существовали Жрецы Любви, - и, хохотнув, добавил, - не путай со жрицами.
- А сейчас?
- Сейчас Любви они надоели, он прекрасно обходится без помощников.
- Значит, ты тоже прекрасно можешь обойтись без меня, - сделал свой вывод Северус. – Так ответь на мой давний вопрос: зачем я тебе нужен?
- Опять вернулся к глупым разговорам? - поморщился Смерть. – Скажем так, мне стало скучно, и я завел себе…
- Домашнюю зверушку, - горько закончил за него Северус. Отчего-то было больно. После первой встречи с Богом Снейпу стало казаться, что он нужен - пусть не человеку, пусть для странных и непонятных целей, но все же нужен. А интерес Смерти, оказывается, объяснялся так просто.
- Не домашнюю зверушку – возлюбленного Жреца, - громыхнул Бог. - Северус, прекрати себя жалеть, иначе я окончательно уверюсь, что ошибся в выборе.
Снейп видел, как шевелятся губы Смерти, неожиданно оказавшиеся рядом с его губами, но не слышал ни слова. Он ощущал только прикосновение холодной руки к щеке и ощущал на себе колкий взгляд черных глаз. Его затягивало в эту пустоту и чтобы хоть как-то воспротивиться падению в клубящееся на дне глазниц ничто, Северус сделал то, что сам потом себе не мог объяснить. Он потянулся губами к влекущим, обещающим покой губам Смерти и… почувствовал, что его отталкивают в сторону.
- Я знал, что пустыня лишает смертных разума, но чтобы настолько… - Смерть выразительно посмотрел на смущенного зельевара. - Ты так стремишься умереть?
- Я... да... не знаю. Теперь не знаю, а раньше - да, стремился.
- Запомни, тебе нет нужды желать смерти, ты и так принадлежишь мне. И только я решаю – жить тебе или умереть. Твою кончину я уже напророчил, но не испытывай мое терпение, не заставляй забрать раньше срока. Если доведешь дело до этого, то поверь - твое посмертие будет не таким приятным, каким могло бы оказаться.
- Я понял, - и, желая сменить тему разговора, спросил. – Так почему Жрецы Любви, а не Жизни?
- Потому любовь – это и есть жизнь в высшем ее проявлении. 


***
- Братец, да ты что? - возмущенный Любовь неожиданно появился рядом с братом. - Во имя всех стихий, зачем ты начал инициацию? Я же просил его только помучить!
- Он мой, что хочу с ним, то и делаю, - флегматично отозвался Смерть, краем глаза наблюдающий за Снейпом.
- Ну, наделил ты его силой, вернул в мир живых - это мы оговорили, но зачем было продолжать его опекать? Ты же не собираешься… Ох! - Любовь зажал пухленькими ручками рот, осознав, наконец, желания брата.
- Именно, что собираюсь, - отрезал тот. – И у нас, кажется, уже был разговор насчет этого смертного. Я сделал все, как ты просил, в остальном - оставь его мне.
Северус удивленно переводил взгляд с одного спорщика на другого. Этого крылатого урода он узнал сразу. Именно Амур устроил ему прогулку на тот свет и, как следствие, встречу с Богом-покровителем.
«Постойте-ка! Братец? И Смерть выполняет его просьбы? Просьбы, касающиеся меня?»
- Так Бог Любви и есть этот жирный парши… - зельевар крепко сжал кулаки, заставляя себя оборвать фразу. Не хватало еще оскорбить того, хотя сама идея выглядела очень заманчиво. Особенно, учитывая, что Смерть по просьбе собрата-бога сотворил своему Жрецу какую-то пакость.
- Что?! - Купидончик повернулся к зельевару и недоуменно уставился на него. – Он меня видит? Он…
Его вопли оборвал раскатистый смех Смерти.
- Конечно, видит, братец. Ты же сам кричал про инициацию, да и находимся мы в моем царстве - здесь мои дети сильнее, чем в мире живых и видят больше, чем обычные смертные.
И уже повернувшись к Снейпу:
- Престань сжимать кулаки, забрать Бога тебе пока что не по зубам, - уголок губ чуть заметно приподнялся.
- Но в принципе такое возможно? - деловито поинтересовался Снейп, уловив интонациях Смерти одно: бог не гневается, значить можно и пошалить.
- А оно тебе надо? - проникновенно поинтересовался тот. - Ведь, тогда прийдется занять его место.
- Нет уж, благодарю покорно! – съехидничал в ответ Северус, представив себя парящим в воздухе и с колчаном в руках.
- Спелись! Вы с ним, как из одного чрева вышли! - взвизгнул Любовь. - Он что? Снова на меня покусился? Наглый смертный! – и погрозив Снейпу кулачком. - Я тебе еще покажу сладкую жизнь! Я тебе устрою!
Он исчез так же неожиданно, как и появился, и Снейп вопросительно посмотрел на Бога. Тот пожал плечами.
- Видишь, какой у меня братец веселый?
- Теперь понятно, для чего тебе нужен Жрец, - хмыкнул Северус, еще не совсем пришедший в себя после явления еще одного божества. – Тебе просто было не с кем поговорить.
Смерть снова расхохотался.
- Не обращай внимания на его поведение. Брату скучно, вот и развлекается, как может. Ты же не думаешь, что этот жирный младенчик его настоящая форма? - вроде ничего такого сказано не было, но тон как-то неуловимо изменился, и Северус понял - пора идти на попятный. Одно дело брат подтрунивает над братом, совсем другое - слишком наглый смертный оскорбляет Бога. Как бы у Смерти не взыграли родственные чувства.
- Конечно, не думаю, - поспешил заверить он. – Но это неожиданно, согласись, видеть Бога таким. Знай я, кто он на самом деле, то в первую нашу встречу проявил бы больше уважения, а сейчас… я растерялся.
- Ты смотри, вывернулся, - усмехнулся Смерть. - Не бойся, я не в обиде. Небольшая встряска брату не помешает.
- А что ты сделал со мной по его просьбе? - рискнул спросить Снейп.
Смерть окинул зельевара оценивающим взглядом, словно прикидывая – говорить или не стоит, а потом все-таки ответил:
- Женил тебя.
Снейп даже поперхнулся от неожиданности.
- Значит, Люциус был прав - это твоих рук дело, но… - он ненадолго замолчал, - … тогда получается, я должен его поблагодарить.
Смерть с интересом разглядывал смертного, так и не понявшего, какие беды может принести ему любовь, потом сухо обронил:
- Возможно.

***
- Займемся делом, - Бог поманил Северуса к себе. - Начнем с того момента, где ты начал истерить.
- Я не…
- Хватит! - рявкнул Смерть. – На сегодня пререканий более чем достаточно. Подойди ко мне!
От этого окрика мужчина вздрогнул и шагнул вперед. Ему казалось, он не управляет телом – ноги сами несут его цели.
- Повелитель? - вопросительно произнес он, склонив голову в поклоне.
- Хорошо, - кивнул тот. - Если бы встал на колени, то был бы уже мертв. Мне нужен помощник, а не раб.
Не смотря на резкость слов, Северус почувствовал, что сердце затопляет теплая волна благодарности.
- А теперь, - продолжил Бог. - Я хочу услышать ответ на свой самый первый вопрос. И не вздумай увильнуть от ответа или солгать. Выбора нет, все равно станешь тем, кем я хочу тебя видеть. А теперь скажи, тебе понравилось?
Первой реакцией было сказать - нет, это отвратительно, страшно, не по-человечески, но, постаравшись заглянуть в себя, проанализировать охватившие его в тот момент чувства и ощущения, он понял - да, ему понравилось! И еще как! Тогда он еще не понял, что сделал, но в ту секунду, когда колеса грузовика рвали человеческую плоть, Северус чувствовал упоение своей властью над жизнью и смертью безымянного человечишки. Теперь он понимал, почему Жрецов иногда именуют Упивающимися Смертью. В тот момент Снейп упивался, захлебывался энергией, высвободившейся в результате смерти маггла. Именно поэтому ему плохо, а вовсе не от осознания тяжести совершенного поступка. Грубо говоря, зельевар обожрался силой.
- Да, - шепнул он побелевшими губами, опуская голову, чтобы не встречаться с понимающим взглядом Бога.
- Что да? Выражайся яснее, Жрец, - Смерть, чуть сощурившись, напряженно ждал ответа. Он прекрасно знал, каким тот будет, но все рано испытывал что-то сродни волнению. С этим смертным не соскучишься, никогда не предугадаешь, что он выкинет в следующий момент.
- Да! Понравилось! Ты это хотел услышать!- он тяжело задышал, словно только что в рекордные сроки пробежал стометровку, и после маленькой запинки добавил. – Это было восхитительно.
Северус закрыл глаза. Он - чудовище, впрочем, это давно не новость. Стал же в свое время Пожирателем, пошел за Волдемортом, даже не задумавшись, чем придется занимать на этой службе. Он варил яды, участвовал в пытках, убивал… и смерть его жертв не была такой легкой, как сегодня. Нет, обычно после казни мантию приходилось выбрасывать - отстирать кровь было невозможно. Но тогда он утешал себя мыслью, что делает все это не по собственной воле, а по слову Лорда – это сначала - а потом к веренице оправданий добавилось еще и «все, ради шпионажа». Как глупо, мерзко, низко подло…
Но сейчас все стало еще хуже. Никогда, ни разу в своей жизни Северус не испытывал удовольствия от убийства, сегодня же он ощутил экстаз.
Что ж, именно этого и ждал от своего Жреца Смерть, не так ли? О, он сделал верный выбор - Северус проникся своим предназначением с первого раза. Смерть нашел своего последователя, но ведь он – Бог, а боги не ошибаются. Ну, почти не ошибаются.
- Я получил громадное удовольствие, - теперь Снейп смотрел Смерти прямо в глаза, - и ненавижу себя за это.
Тот молчал. Ни единое слово не нарушало установившуюся тишину. Да и не нужны они, эти слова - добавить Северусу было нечего.
Наконец, Смерть – застывшее черное изваяние - шелохнулся. Его пальцы ласково, почти любовно прошлись по спутанным волосам зельевара.
- Умница, - довольно произнес Бог. – Я начинаю думать, что тебя мне послало само мироздание. Ты проходишь мои испытания с поразительной легкостью. В первый раз не стал унижаться, теперь отказываешься бездумно наслаждаться убийством человека. Твоя инициация подходит к концу, еще одно испытание - и ты с полным правом примешь на себя бремя Жреца.
- Испытание? - эхом повторил Снейп, и совсем тихо, словно из него выкачали все силы. - Если бы я его не прошел, то был бы уже мертв. Так?
- Да, - Смерть чуть опустил голову. - Мне нужен милосердный судья, а не одержимый палач.
Северус сделал глубокий вдох, а потом медленно выдохнул. Общение с Богом как-то незаметно для него превратилось в танец на острие ножа - никогда не знаешь, где тебя подстерегает неверный шаг. Смерть умудрился быстро развенчать все предрассудки смертных о себе, но обольщаться не стоило - добрым он не был. Как, впрочем, не был и злым. Теперь зельевар понимал, услышанную им давным давно фразу про Свет и Тьму: «Эти категории ко мне не применимы». Казалось, это было еще в прошлой жизни.
«А почему, собственно говоря, казалось? Так оно и было. А потом я родился заново».
Смерть с довольно усмешкой наблюдал за эмоциями, сменяющими на лице зельевара. На удивление сдержанный в мир живых, в этом месте смертный не мог спрятать ни единого чувства.
- Какое третье испытание? - мрачно поинтересовался Снейп, понимая, что ответа на этот вопрос он не получит. Так и вышло, Смерть лишь тихо засмеялся и покачал головой.
- Узнаешь, когда настанет время. А теперь, мой Жрец, давай я покажу, от кого ты избавил мир.
Северус недоуменно взглянул на собеседника:
- От кого?
- Смотри, - Бог глазами указал себе под ноги.
Там, где он стоял, камень начал покрываться льдом. Через секунду вся площадка превратилась в ледяной каток. Снейп осторожно переступил с ноги на ногу, опасаясь падения, но к его удивлению, скользко не было. Его так и подмывало опуститься на корточки и изучить странный материал, не лед и не стекло, а что-то еще – то, чего не существовало в мире людей.
Но интерес исследователя так и остался не удовлетворенным, потому что в это мгновенье Смерть топнул ногой. В месте удара сверкающая поверхность вздыбилась, словно от взрыва, и пошла трещинами. Северус взмахнул руками, стараясь устоять на вспухающей волнами тверди и, когда он окончательно уверился, что вот, прямо сейчас упадет лицом вниз, колебания прекратились. В том месте, где Смерть топнул ногой, теперь была дыра в земле. Присмотревшись, маг понял: нет, не дыра - окно, ведущее в мир живых, потому что, заглянув в него, увидел улицу, откуда его так бесцеремонно выдернул Бог.
Северус мог поклясться, что пробыл здесь очень долго, но время – там, внизу, казалось, остановилось. Перед глазами предстала та же картина, какую он запомнил перед исчезновением. Шофер, держась за сердце, все так же стоял, прислонившись к грузовику, и старался не смотреть на то, что осталось от маггла. Женщина все так же лежала без чувств на асфальте, а рядом продолжал заливаться малыш. Мигая сиреной, подкатила машина скорой помощи. Все было один в один, кроме…
- Боже ты мой? - не усел сдержать удивленного возгласа Снейп и, не обратив внимания на ехидное «здесь я, здесь», добавил. – Что это?
Рядом с перегородившим трассу грузовиком, словно опасаясь отдалиться от кровавого месива, совсем недавно бывшего живым человеком, в нескольких метрах от земли зависло нечто странное. По форме оно отдаленно напоминало человеческое тело. Нет, Северус бы поклялся, что это и есть человек, если бы не покрывавшая его буро-коричневая липкая субстанция, превратившая существо в бесформенный комок. Поверхность субстанции вскипала безобразными волдырями и опадала, словно это дышало невиданное чудовище - надсадно, натужно, с хрипом и жуткими всхлипами. Иногда маслянистая пленка, покрывавшая эту бурую гадость, лопалась, и в просветах с трудом можно было разглядеть дрожащую полупрозрачную фигурку, отчаянно бившуюся в своей тюрьме. Фигурка рвалась вверх, но тяжесть тянула ее вниз, не давая подняться. И тут, желеобразная масса начала вбрасывать нити - щупальца, стараясь прочнее закрепиться на земле. Одно из таких щупалец коснулось санитара и… безо всяких препятствий прошло сквозь тело. Еще один выпад - и оно закрепилось внутри человека, и тут же в его сторону полетело второе щупальце. Оба отростка закрепились внутри и начали подрагивать, словно в нетерпении, предвкушая возможную добычу. В разные стороны полетели новые щупальца, слепо шаря в воздухе в поисках новых жертв. Сейчас существо как никогда напоминало большую амебу, охотящуюся на своих сородичей.
- Что это такое? - повторил вопрос Северус, не в силах оторвать взгляд от окошка в свой мир.
- Человек, которого ты забрал, вернее, его душа.
- Но… - Снейп запнулся. – Это невозможно! Такого не может быть! Души… я видел призраков, они и есть не ушедшие души, а это – что-то другое.
- Ты споришь со мной? - высокомерно спросил Бог. – Споришь со Смертью?
- Нет, но…
- Вот и не спорь. Начал дело, так доведи его до конца, - резко бросил Смерть. - Помоги ему освободиться.
- Кому, санитару?
Снейп не понимал, что тот от него хочет, и как ему избавить еще живого человека от этой мерзости.
- Да причем здесь этот смертный! - раздражено оборвал его Бог и, шагнув зельевару за спину, положил тому руки на плечи. – Ничего с ним не будет, скоро верхний слой, лишенный подпитки, исчезнет, и мы получим очередного призрака. Давай, действуй! Привидения, полтергейсты и им подобные нарушают энергетическое поле планеты, они не должны существовать.
Пока маг думал, что ему ответить, Смерть крепче сжал ладонями плечи и начал нашептывать на ухо.
- Прислушайся к ощущениям… В тебе достаточно моей силы, чтобы понять, что делать. Я касаюсь тебя…. Слейся со мной… Пойми, что правильно…
И Северус послушал, закрыл глаза, откинулся назад, прижимаясь к божеству спиной... сильнее… еще сильнее… пока не понял, что сливается с ним, растворяется в его холодной пустоте … Теперь Снейпа не тревожило ничего: ни ссора с Гермионой (а кто это вообще такая?), ни нападение на Люциуса (подумаешь, одним смертным стало бы меньше!), ни смерть этого маггла (ему уже давно пора умереть…). И когда душой зельевара завладело абсолютное равнодушие, но резко распахнул глаза.
То, что он увидел, сначала вызвало легкое удивление, но эта ненужная эмоция снова сменилась безразличием. Перед глазами вспыхнули тысячи звезд… нет, не звезд - душ. За одну секунду Северус смог обозреть всю Землю, усеянную светящимися точками. Но, в данный момент, только одно место привлекало его внимание – там огонька не было, и именно туда вела от его руки светящаяся нить – к желеобразной массе, расплывшейся уже на пол улицы. Вернее, к тому, что скрывалось под этой субстанцией. И Северус, поддавшись странному инстинкту - не его, чужому - дернул за нить… и полетел назад, падая на спину.
Оказывается, Смерть уже давно его не поддерживал, а отошел в сторону на пару шагов и теперь с интересом наблюдал за действиями своего Жреца.
- Слишком резко, и слишком быстро, но в целом неплохо, - промолвил он, поймав полный ужаса взгляд Снейпа. - Не бойся, у тебя получилось.
- Я… я не был собой, - только и сумел выдавить маг.
- Нет, именно сейчас ты и был самим собой - палачом и спасителем в одном лице. Но, чтобы с честью выполнять эту работу, следует отбросить эмоции, отринуть чувства, отказаться от всего – от радости, горя, ненависти… любви. Понимаешь?
- Нет, - честно ответил зельевар. – То есть, я понимаю, что эмоции могут помешать, но что я такого сейчас сделал?
Маг осторожно попробовал подняться. Получилось. Ну, надо же! А ведь в первую секунду показалось, что у него сломано все, что только можно сломать, хотя сам удар о камни был не так уж и силен.
- Посмотри сам, - усмехнулся Смерть, кивая куда-то вверх.
Северус посмотрел в указанном направлении и отчего-то даже не удивился, увидев парящую в воздухе призрачную фигуру. Он медленно подошел к окну в земле и глянул на Землю. Бурая слизь, некогда покрывавшая душу, теряла цвет и вязкость, превращаясь в капельки воды, испарявшейся прямо на глазах. Буквально спустя мгновение о ее существовании напоминал лишь чуть мокрый асфальт, который тоже вскоре высохнет под лучами солнца.
Смерть поманил душу пальцем, и та послушно подплыла ближе.
- Скажи, Жрец, ты готов ее принять?
Хоть Смерть и задал вопрос, но по интонациям Северус понял, что правильным здесь может быть только один ответ.
- Да, - кивнул он. – Я готов.
- Что ж, стряхни с нее боль и забирай. Ты ведь умеешь очищать вещи от накопленной памяти? - и, дождавшись утвердительного кивка, удовлетворенно улыбнулся, потом вытянул руку и схватил душу, сжимая и комкая ее в ладони. Когда у него в руках оказался серебристый искрящийся шар, он швырнул его Снейпу. – Давай, действуй.
Шар завис примерно на уровне груди, несколько секунд он не двигался, потом ринулся вперед и вошел в тело Северуса. Кратчайшую долю секунды ничего не происходило, а потом владения Смерти огласил жуткий вой. Северус рухнул на землю. Он катался по ней, обхватив себя руками, и выл от боли. Полный муки крик сорвался на визг, а потом перешел в бульканье и хрип.
Смерть спокойно наблюдал за мучениями Жреца и ничего не предпринимал, было видно, что он исключительно доволен увиденным.
Наступила тишина, даже буря вокруг круга утихла, но Северусу казалось, он все равно слышит, как песчинки трутся друг об друга. Он лежал, скрючившись, и часто дышал, потом дыхание выровнялось, вдохи стали глубже, а тело перестал колотить озноб.
- Теперь я знаю, как умирают под колесами грузовика, - в тишине его голос звучал слишком громко.
- Я же сказал: стряхни с нее боль.
- Нет.
Снова наступило продолжительное молчание.
- Я его убил. Поглотил его душу, - он опять замолчал, стараясь подобрать правильные слова. - Я должен, понимаешь, должен знать, что он чувствовал в тот момент.
- В том нет твоей вины. Он должен был умереть.
- Я мог остановить сердце, но предпочел выбрать ему гораздо более мучительную смерть.
- Не обольщайся, - хмыкнул Смерть. – Ничего ты осознанно не выбирал. Там, внизу, ты инстинктивно среагировал, увидев нужный объект. Когда поднаберешься опыта, то сможешь решать, как и когда забрать нужного человека, но пока что – доверься инстинкту. Кстати, поздравляю, инициация завершилась.
Северус настороженно посмотрел на Бога.
- Я что, пропустил третье испытание?
Тот рассмеялся.
- Если бы ты отказался от боли, то …
- Был бы уже мертв, - с мрачной иронией закончил за него Снейп.
- Верно, - легко отозвался Бог. – Каждое действие имеет последствия. Ты должен сам чувствовать то, что делаешь другим, иначе превратишься в обыкновенного палача. Хотя, даже палачу, чтобы достигнуть вершин в мастерстве, поначалу нужно долгое время побыть жертвой. Никто так мастерски не сумеет причинить боль, чем тот, кто сам испытал ее на себе.
- Я и сейчас ее чувствую, но приглушенно, - признался зельевар.
- И будешь чувствовать всегда, пока в тебе заключена эта душа.
Яркая вспышка озарения заставила мага метнуть быстрый взгляд в сторону божества.
- Значит, ты ощущаешь страдания всех тех… миллиардов душ, которые забрал?
Ответа он не услышал, зато увидел вселенскую муку в глазах склонившего голову Смерти.
- Можешь задавать вопросы. Другие вопросы, - подчеркнул Бог. По одному ему понятным причинам, он принял свое основное обличие – наполовину человек, наполовину – скелет.
Северус уже понял, что на первый вопрос ответа он не дождется, но огорчаться не стал. В голове роилось множество других вопросов, более важных, чем этот.
- Когда это маггл погиб, - осторожно начал он, - что произошло с его душой?
Северус не был уверен, как Смерть отреагирует на это вопрос. Все растолкует или обсмеет, предлагая разобраться самому. Бог вообще-то был поразительно терпелив и не отказывал в информации, хоть и говорил порою загадками, но испытывать его терпение лишними вопросами Снейпу не хотелось.
Смерть вздохнул.
- Ну, что тут не понятного? – страдальчески вопросил он. – Ладно, слушай.
И Северус стал слушать. По словам бога в мире существовало два вида душ. Вернее, все души должны быть одинаковы, но что-то при сотворении дало сбой. Некоторые люди просто не хотели умирать. И не умирали. Но желания человеческого тела - это совсем не то, что желание скрытого внутри духа. Дух знает, что ему пора, и понимает – окончательной смерти нет («Как нет и вечной любви», - не удержавшись, ввернул Смерть), есть череда перерождений. И чтобы обрети новую жизнь, нужно завершить теперешнюю.
И в то время как душа изо всех сил стремилась покинуть тело, разум приковывал ее к земле всеми возможными способами.
- Что ты увидел? - спросил Северуса Бог. – Хотя, не отвечай, чтобы там ни было, все увиденное – неправда, выверты твоего человеческого восприятия.
- Там была какая-то склизкая тварь, - все же счел нужным пояснить Снейп. – Цеплялась щупальцами за землю, людей… да за все!
- Хм, а ведь ты почти увидел все правильно, - Смерть обошел вокруг Северуса против часовой стрелки, и тот почувствовал себя выпотрошенным тритоном под препарирующим взглядом Бога. – Откуда в тебе такие таланты, вот что я никак не могу понять. Такое чувство, что ты был рожден стать Жрецом.
- Ты ведь сам говорил, что моя судьба была предопределена, - парировал Северус.
- Судьбу пророчат живому человеку, но у тебя качества врожденные. Надо вспомнить, не было ли Жрецов среди твоих далеких предков…
- Меня связывает названное родство с Малфоями, а среди них, как я понял, Жрецы были, и не один.
- Ах да, помню. Хорошие слуги, верные, но их род был отринут мной.
- Почему? - Снейп был уверен, что Люциус полжизни отдаст за такую информацию
- Один из них посмел влюбиться.
Снейп поперхнулся. А его брак? Это, разве, не считается?
- Пока твое сердце отдано мне, можешь жить и спать с кем захочешь, - ответил на его мысли Смерть. - Итак, продолжим. Ты увидел все верно, ну почти. На самом деле никаких скользких тварей там не было. Обыкновенная душа, обвитая нитями жизненных сил и цепляющаяся… как ты там сказал? Да за все цепляющаяся.
Ничего, настанет время, и ты будешь видеть все, как нужно. Сможешь видеть не только уходящие души, но и ауры живых. Ведь ни один дух не сидит постоянно в теле – он окружает человека сверкающим ореолом. У душ огненная природа, поэтому они сияют, словно маленькие звезды.
- Я видел Землю, усеянную огнями. Ты об этом говоришь?
- Именно! – Смерть неизвестно чему обрадовался – может, понятливости зельевара, а может его способности к восприятию. Маг сумел увидеть то, что видеть ему было еще слишком рано. – Ладно, заканчиваем с прелюдией. Огни – это те души, которые уходят сами, без толчка извне, и тебя они волновать не должны. Если быть пристрастным, то их тоже забираю я, но для этого достаточно моего присутствия в мире. Остальными заниматься будешь ты. Их света не увидишь, сколько не присматривайся, они утратили его, эгоистично пожелав остаться жить. И твоя задача вычислить их и привести ко мне. Все ясно?
- Нет, - покачал головой Северус. – Ты не сказал самого главного, как мне их искать?
- Ты почувствуешь, тебя будет тянуть туда, где очередная душа ожидает спасения. Кстати, каждая из них обязана возместить нам за помощь. Они не могут переродиться, пока я их не опущу.
- Что можно с них взять? Это же энергетические сущности, у них ничего нет.
- Не глупи, ты сам дал ответ на свой вопрос.
- Неиссякаемый источник силы, - осенило мага. – Ты пользуешься их энергией!
- И не только я, - Бог насмешливо сощурился. – Не ты ли совсем недавно отхлебнул из этого источника?
- И каков срок их службы? - деланно безразлично поинтересовался Северус, хотя внутри у него все кипело от волнения. Еще бы, в нем теперь находится источник божественной энергии!
- Примерно десять тысяч лет каждая спасенная душа должна провести в полном моем рабстве… или в рабстве у того, кому я это разрешаю. И не вздумай брать себе еще кого-то, - неожиданно сурово предупредил Бог, - будешь передавать все мне, а я дальше решу, что делать - наградить тебя какой-нибудь душонкой или подпитать своей собственной энергией.
- Почему же тогда ты отдал мне этого маггла?
- Так было нужно. Энергия даст тебе возможность аппарировать на громадные расстояния – никому из нынешних магов такое и не снилось, поможет творить чары без этой деревяшки, хотя у тебя и так неплохие задатки. В общем, силы будет предостаточно, а больше пока не потребуется - еще захлебнешься. Когда наберешься опыта, я снова разрешу тебе забрать кого-нибудь, но не раньше. Впрочем, сумеешь стать хорошим Жрецом - это событие произойдет быстрее. Я награжу тебя и помогу совладать с новыми потоками энергии, а пока ты не достоин такого дара.
- Значит, - подвел итог Снейп, - твои Жрецы никогда не имели своей силы. Все отдавалось тебе, а ты, отвечая на их призывы, решал - кого одарить, а кого наказать за неуместную просьбу.
- Именно так, - кивнул Бог. – Какой понятливый смертный… А теперь тебе пора уходить. Иди и приступай к служению.
Прямо перед лицом Северус возник маленький черный вихрь
- Подожди!- отчаянно выкрикнул он, и круговерть песчинок замедлилась.
- Ну, что еще? - недовольно спросил Бог.
- Почему ты так уверен, что я могу чувствовать этих людей?
- Потому что ты и сам такой, как они.
- Нет, - против воли вырвалось у зельевара.
- Да, - эхом откликнулся Смерть. У каждого свои причины, но многих на земле держит любовь. Вот этот маггл, кстати, не хотел умирать, потому что слишком сильно любил детей, и чтобы остаться, его душа цеплялась за них. Он жил ради дочерей, работал, как вол ради их благополучия, баловал и пестовал… И все никак не мог понять – почему обе девочки его не любят, и кто виноват, что старшая связалась с дурной компанией, а младшая покуривает на переменках травку. Не мог взять в толк, отчего жена умерла внезапно, без видимых на то причин. Опутав их нитями своей души, он высасывал все - счастье, любовь, радость. И самое ужасное, что понял он это только сейчас.
Северус слушал, опустив голову. На память приходила другая сценка. Его отец. Ведь были времена, когда Тобиас любил сына и обожал жену. Снейп помнил, смутно, ведь он был совсем малышом, но помнил: вот отец гуляет с ним по парку, а вот – подбрасывает до потолка своего ангелочка, как он его называл, а маленький Северус заливисто хохочет от счастья. А потом отец заболел. Маленький мальчик слышал, как Тобиас шептал жене в полубреду: «Я люблю тебя... все на свете отдам, чтобы остаться рядом… заплачу любую цену… я тебя не брошу».
Тобиас Снейп выполнил обещание, он сумел выкарабкаться, выжить. Чудом, как говорили все вокруг, побороть тяжелый недуг. Он не бросил жену и сына только для того, чтоб превратить их жизнь в ад.
- Ты сумел прожить рядом с ним и остаться в живых, не дал ему уничтожить себя. Но такое возможно только в том случае, если ты тоже изменился. Вспомни, как быстро сгорела твоя мать, а ты жив до сих пор. Скажи мне, Северус, что держит тебя на этой Земле? Для твоего отца это была любовь, а отчего задержался ты? Жизнь до встречи со мной была безрадостной и бессмысленной, так что заставило тебя цепляться за нее?
- Ненависть, - одними губами шепнул Северус, – и желание отомстить. Сначала Поттеру, а потом - всем тем, кто презирал и отталкивал меня.
- Вот видишь, ты и сам все понимаешь.
- Да, Повелитель, - Северус склонил голову, а когда поднял ее, то обнаружил, что стоит на той же самой улице, где все и началось. Потолкавшись через толпу магглов, он нашел укромный уголок и аппарировал прямо к дому. Расстояние, которое раньше он бы покрыл прыжков за шесть, теперь получилось преодолеть за один раз.
Внутри трепыхнулось что-то теплое, и тут же почти неощутимое движение чужой души отдалось мукой в сердце.
- Ну, хоть какая-то от тебя польза, - Северус посмотрел на свою грудь и невесело усмехнулся, - хоть ты и наказываешь меня болью.

***
Зельевар стоял на пороге и размышлял, наконец, он взялся за ручку двери, но войти в дом ему не дали. Из задумчивости его вывело легкое прикосновение к плечу. Плавный шаг в сторону, полуоборот, резкий рывок и захват – все это произошло в считанные секунды. Но, каково же было удивление, когда Северус понял, что атаковать его никто не собирался. Перед ним стояла симпатичная девушка, чем-то неуловимо напоминавшая Гермиону.
- Кто вы такая? - раздраженно прошипел Снейп, выпуская руку незнакомки из стальных пальцев.
- Мимо проходила, - мило улыбнулась она.
- То есть, вы хотите сказать, что случайно шли мимо, увидели меня и подумали, а подойти мне ли познакомиться? Так?
- Так, - кивнула она. – Я увидела, что вы стоите перед дверью и не решаетесь войти. Что, проблемы с любимой женщиной?
- Вас. Это. Не. Касается.
Он говорил медленно и зло, выплескивая на незнакомку накопленную усталость и раздражение. Сейчас Северус был в таком состоянии, что не задумываясь убил бы любого, кто вызовет у него недовольство. Причем убил бы по старинке, без этих новоприобретенных умений. Просто для того, чтобы получить удовольствие.
- Леди, - в его устах вежливое обращение прозвучало как оскорбление, - советую вам убираться отсюда подальше и впредь заниматься своими делами, а не совать нос в чужие.
- Мистер, - по яду в голосе она вполне могла соперничать со Снейпом, - советую вам попридержать язык, я буду делать то, что хочу.
«Эта стерва сама напросилась!»
Северус собрался уже выхватить палочку, но ничего не успел сделать. Девушка, стоявшая в двух шагах, неожиданно оказалась рядом и повесилась зельевару на шею.
- Привыкай, - мурлыкнул она. – С этой ночи на тебя все будут вешаться, людей всегда притягивали риск и опасность, а иметь теперь с тобой дело - настоящее самоубийство.
Уничижительный ответ замер на языке. «Она говорит так, словно все обо мне знает. Но тогда получается…»
Северус никогда не был глупцом, и сейчас соединить факты воедино для него не представляло труда.
- Прошу прощения за грубый тон, я не узнал вас в темноте, - как он ни старался, убрать ехидные нотки из голоса не смог. «Черт бы его побрал! Обещал же, что еще наделает мне гадостей! Что он задумал?»
- Не бойся, - рассмеялся Любовь, впуская зельевара из объятий. – Ничего плохого, просто пришел предупредить тебя.
- О чем? - подозрительно осведомился Снейп.
- Одумайся, пока не поздно, - щеки Северуса коснулась теплая ладошка. – Ты сам не знаешь, во что ввязался. Брат поиграет с тобой и выбросит, и еще хорошо, если после этого останешься в живых. Ты же слышал: такие, как ты попадают к нему в рабство. Хочешь мучиться целую вечность?
- Не вечность, а каких-то десять тысяч лет, - хмыкнул Снейп. Похоже, общение с Богами становилось для него нормой. Так значит жирный негодя… нет, Бог Любви собирается его отговаривать? Ну что ж, послушаем.
- Шутник, - протянула девушка. – Послушай смертный, я желаю только добра – он заморочил тебе голову! Откажись от служения. Иди к жене, ты же можешь любить, я знаю!
В ее карих глазах светилась мольба и надежда на то, что Северус одумается.
- Любить? - расхохотался Снейп. - Ты же Бог, загляни в меня! Где ты увидел там любовь? Нет, я принадлежу Ему, и горд, что выбор пал на меня. Где ты был, когда я отказывался иметь с ним дело? Когда поклялся Лорду не становиться Жрецом? И, кстати, нарушил клятву.
Снейп помолчал.
- Я – это ледяная пустыня, в ней нет места росткам любви. Я пытался полюбить Гермиону и все впустую. Где ты был тогда? Уходи, пока я не воззвал к своему Богу. Я выбрал Смерть, а он выбрал меня. Это мое последнее слово.
- Северус, прошу! - в голосе Бога звучало отчаяние. – Этот путь тебя разрушит!
- Уходи, - холодно обронил маг. – Ты, конечно, Бог и можешь сделать со мной все, что захочешь, но не думаю, что в твои планы входит ссора с братом. А он расстроится, если его Жрец пострадает.
- Да, - вздохнул Любовь, - расстроится, а мы, ведь, этого не хотим. Ты ничего ему не скажешь о нашей встрече. Мы друг друга поняли?
- Несомненно, - криво усмехнулся Северус.
- Иди ко мне, - неожиданно позвал Бог, - я хочу тебя. Мне по силам вознести тебя к вершинам блаженства… ты же не откажешься от ночи со мной?
По телу зельевара словно попустили электрический ток. Стоявшая перед ним девушка вдруг показалась самой прекрасной и желанной в мире. Самой идеальной. Самой соблазнительной. Само совершенство… Он, не думая, шагнул ближе и сгреб ее в объятия, чтобы в следующую секунду задохнуться от боли в груди. Поглощенная душа посылала ему предупреждение. Боль очистила разум, и морок спал – самоконтроль вновь был восстановлен.
- Нет, мне это не нужно, - и как вспышка - неожиданная догадка. – Я слышал, что из объятий Смерти никто не уходит живым, а отчего умирают в твоих объятиях?
В воздухе прозвучал хлопок, и на месте красавицы возник раздраженный донельзя Купидон.
- От экстаза, - зло бросил он и растворился в воздухе.

***
- Я выполнил твою просьбу, - довольный собой Любовь восседал на гигантском валуне, наблюдая за тем, как Смерть с невозмутимым видом пересыпает песчинки из ладони в ладонь. – Теперь он точно никогда тебя не покинет.
- Я рад, - вопреки заявлению, слова прозвучали вовсе не радостно. – Что ты сделал?
- Ты разве не видел?
- Вот еще, - фыркнул Смерть, - мне что, больше заняться нечем?
- Смертные так предсказуемы, - Любовь снова принял форму девушки. – И очень упрямы. Я попытался его отговорить и твой Жрец, конечно же, заартачился. Потом чуть поманил смертного, предложив познать радости истинной любви…
При этих словах Смерть напрягся, его ладонь разжалась, и черный песок тонкой струйкой потек вниз.
- Что ты сделал?
- Не волнуйся, ничего с ним стало. Я тут же освободил его и позволил прийти к верным выводам. Теперь Снейп никогда не поверит в любовь. Он твой, братец.
- Ты как будто жалеешь смертного? - Смерть вопросительно посмотрел на брата. – Ты же сам хотел его мучений.
- Ну, хотел, - кивнул Любовь. - Но это не было моим истинным желанием, помучить немного – да, проклясть навеки – нет. Это было игрой, понимаешь?
- Да куда уж мне, - ехидно протянул Смерть. – Ну и как, наигрался?
- С тех пор как ты решил возродить свой культ, игра перестала быть игрой. Мне не нравятся твои решения, брат.
- Это твои проблемы, брат. 


***
Снейп неслышно вошел в спальню. Как он и надеялся, Гермиона еще спала. Судя по всему, жена прождала его всю ночь – она заснула в одежде на не расстеленной кровати. Ее волосы были всколочены, на щеках виднелись высохшие дорожки слез. Гермиона спала, по-детски подложив кулак под щеку, и тихо всхлипывала во сне.
Северус осторожно, чтобы не разбудить, уложил жену удобнее, а сам лег рядом, ожидая ее пробуждения. На улице уже давно рассвело, а Гермиона никогда не спала допоздна.
Он лежал на спине, подложив руку под голову, и вспоминал все, что ему рассказал Смерть. Это было удивительно. Отчего-то раньше Северус не задумывался ни о жизни, ни о смерти: он жил, как мог – ел, пил, дышал, убивал, если прийдется, трахался, когда хочется, но никогда не задумывался о том, что за силы стоят за этими простыми желаниями.
Снейп смирился с тем, что от бремени Жреца ему не избавится. Смерть был явно не из тех Богов, что с легкостью отказываются от задуманного. Радовало только одно - Бог так же оказался не из тех, для кого жизнь их последователей – разменная монета. В этом поклонение Смерти выгодно отличалось от службы Дамблдору и Лорду.
«Интересно, будь на моем месте кто другой, он был бы так же терпелив? Или дело во мне?»
Самолюбие кричало, что это он, Снейп, один такой особенный, но разум подсказывал - ты просто во время подвернулся ему под руку. И вообще, если и благодарить кого (или проклинать) так только Любовь. Именно его козни привели к встрече Северуса со своим новым покровителем, а еще помогли найти жену. Зельевар искоса посмотрел на Гермиону – та спала, а может, уже и не спала – делала вид, чтобы избежать новой ссоры с мужем. Да, правильно. Дыхание женщины было не таким ровным, как вначале. Она притворяется.
Зельевар вздохнул.
«Что ж, сам виноват. Нечего было вчера так реагировать», - он прекрасно знал, что в большинстве ссор повинен именно он. Немного сдержанности, понимания – и вопрос был бы решен бескровно, а так… С другой стороны, меняться он не собирался. В конце концов, дело жены подстраиваться под мужа.
И тут же в памяти всплыло данное себе обещание сделать Гермиону счастливой. Как все запутанно… А тут еще Боги со своими играми.
Северус сам не заметил, как заснул: бессонная ночь, нервное напряжение так просто не проходят - измученный организм требовал отдыха.
Разбудили его легкие ласковые прикосновения. Приоткрыв осторожно один глаз, он увидел, что Гермиона уже больше не притворяется спящей. Она стояла на коленях и, откинув покрывало, расстегивала ширинку у него на брюках. Решив не мешать супруге, Снейп с интересом наблюдал за ее попытками извлечь наполовину эрегированный член.
Наконец, ей это удалось. Облизнувшись, Гермиона склонилась над мужем. На секунду ее губы замерли возле головки, а потом коснулись ее. Горячее дыхание и осторожные движения языка были приятны, и Северус с трудом сдержался от стона.
От расточаемых ласк член дернулся, увеличился в размерах, что вызвало на лице жены удовлетворенную усмешку.
- Развлекаемся? - голос Северуса прозвучал в тишине спальни слишком громко.
Гермиона от неожиданности вздрогнула. Она явно не ожидала, что Снейп проснется так быстро.
- Где ты был? - губы вновь коснулись головки, затем она провела языком по чуткой коже ствола, оставляя на нем влажные дорожки, и осторожно сжала в ладошке яички.
Прохладный воздух комнаты приятно холодил покрытый слюной член. Северусу пришлось призвать всю силу воли, чтобы не приказать ей заткнуться и продолжать начатое.
- Тебя не было всю ночь, - снова принялась за расспросы Гермиона. Ее внимание вновь было направлено на головку - она подула на нее, застав Северуса взбрыкнуть бедрами. – Я не могу запретить тебе, но хотя бы предупреждай, если решишь не ночевать дома.
- Ты сама знаешь, чем было вызвано мое решение, - отгрызнулся Северус, чувствуя легкий укол вины. Она все-таки волнуется за него. – Прекрати!
Гермиона остановилась, не отрывая глаз от возбужденно подрагивающего органа, спросила:
- Почему? Тебе ведь нравится.
- Но тебе - нет. Я же знаю, тебе это никогда не нравилось, - мягко ответил Северус.
- С каких пор тебя волнуют мои желания?
Гермиона, наконец, подняла голову и твердо посмотрела мужу в глаза.
- Я даже не буду спрашивать, почему ты не любишь меня, но ответь – почему не хочешь принять мою любовь?
Снейп молчал, потом резко сел.
- Потому что любовь станет моей погибелью, - откуда-то из подсознания всплыли слова, но сейчас Северус понимал как никогда – это правда.
«Если бы я вчера сдержался, поговорил с ней, успокоил, - в душе всколыхнулась боль и сожаление - давно забытые чувства. – Если бы, если бы… сплошные если бы! Тогда все могло бы быть по-другому, а теперь уже поздно».
Гермиона расценила его ответ по-своему. Решив, что ее вчерашние слова насчет детей вызвали мысли о суициде, она кинулась к нему и обняла. Перебирая пальчикам черные волосы, сказала, заглянув в глаза:
- Ну, что ты такое говоришь, Северус? Любовь – это жизнь. Я не должна была вчера тебе ничего говорить, прости меня. Надо было поговорить раньше и мы…

«Потому что любовь – это и есть жизнь в высшем ее проявлении».

«Да, из Гермионы тоже бы вышел прекрасный Жрец, - с горечью подумал Северус. - Жрец Смерти и Жрец Любви. Уж не потому ли Братья нас свели? Чтобы посмотреть, что из этого выйдет?»

- Нет, Гермиона, дело не в том, что ты подумала. Я не хочу рассказывать тебе, но… Ты знаешь, что вышла замуж за убийцу? - и когда Гермиона, вздрогнув, кивнула, продолжил. - Я точно знаю, что за этот год убью в сотни раз больше людей, чем за всю свою жизнь.
Гермиона отодвинулась и села на край кровати. Она знала, кто такой Северус, знала, чем занимаются Пожиратели Смерти, но думать об этом не хотела, предпочитая реальности удобное забвение. Как бы ни были вежливы и милы их частые гости - слуги Лорда - они все были убийцами. И Северус не исключение. Но смириться с этим было выше ее сил, и Гермиона решила найти оправдание, попытаться очистить мужа в своих глазах.
- Это… это будет задание Ордена? - она знала, что Северус давно не поддерживает с Дамблдором никаких контактов, но вдруг... вдруг это очередная их с директором игра, и теперь Северусу предстоит активно включиться в войну? Потому он так остро вчера отреагировал при упоминании о детях. Он… боится?
- Не говори глупостей, - одна фраза перечеркнула все ее логические построения. – Это не имеет к войне никакого отношения. Иди лучше сюда, ты сама меня раздразнила, так закончи начатое.
Гермиона послушно прижалась к нему, запрокидывая голову для поцелуя.
- Мне все равно, - шепнула она. – Ты – отец моих детей, я люблю тебя и таким.
Ее слова попали точно в цель. Снейп всегда хотел, чтобы его любили просто так, а не за что-то. И Гермиона предлагала ему этот дар. Она всегда его любила, это именно он не способен на ответные чувства.
Северус не мог больше сдерживаться, он впился в губы жены страстным поцелуем, подминая ее под себя. Не смотря на обжигающий жар поцелуев, его движения были нежными и неторопливыми, а ласки превосходили все, что Гермиона когда-либо испытывала. В глазах стояли слезы - она впервые была счастлива. На такую нежность способен только любящий человек, пусть даже он сам этого не признает.
А Северус не мог остановиться. В нем словно что-то сдвинулось, прорвалась плотина, сдерживающая нежность, ласку и любовь. Он исступленно ласкал жену, наслаждаясь каждым мгновением, ликуя при каждом прикосновении к божественно прекрасному телу. И когда Гермиона застонала, выгибаясь в пароксизме страсти, он вышел из нее, покрывая семенем живот.
- Я же говорил, что решу эту проблему, - прошептал он, уткнувшись носом ей в шею. - Если бы ты мне доверилась тогда…
- Прости, прости, - одна рука Гермионы легла ему на плечо, а вторая зарылась в волосы. – Я никогда больше не усомнюсь в тебе. Прости меня.
Снейп скатился с нее, сел рядом и, наклонившись ближе, начал говорить. Говорить быстро, взахлеб, перескакивая с одного на другое, словно боялся не успеть сказать все, что хочет:
- Не извиняйся, ты была права. Это я думал только о себе Я только сейчас понял… только побывав с ним понял, что… Знаешь, я очень хочу тебе сказать одну вещь. Наверное, я глупец и мне не следует этого делать, но я хочу, чтобы ты знала – я тебя люблю. Больше всего на свете… больше самой жизни…Я...
Он замолчал, не в силах совладать с непривычными эмоциями.
Гермиона кинулась к нему, прижалась к теплому телу, начала целовать губы, щеки нос, плечи – все, до чего могла дотянуться.
- Северус, любимый, - как в бреду шептала она.
А Снейп вдруг застыл, пораженный одной догадкой.

«Один из них посмел влюбиться».
«Пока твое сердце отдано мне, можешь жить и спать с кем захочешь».

Таков был ответ Смерти на вопрос о Малфоях. Что разгневанный Бог сделает с женщиной, отобравшей у него Жреца?
Обреченно закрыв глаза, он крепче прижал Гермиону к себе. Она же запрокинула голову и любящим взглядом посмотрела ему в глаза. Рука Снейпа сама потянулась за палочкой.
- Я люблю тебя больше жизни, но лучше бы я этого не говорил, - побелевшими губами произнес он. Зрачки Гермионы расширились от ужаса, когда она почувствовала кончик палочки у виска. На ее лице отразилось понимание того, что сейчас произойдет, и она хотела закричать – нет, не надо, но не успела. С губ Северуса, разрушая все, сорвалось всего одно короткое слово:
- Обливейт. 


***
- Ты видел? Ты видел? Он ей признался! - запрыгал Любовь. Толстый Купидончик, скачущий, словно резиновый мячик, выглядел до невозможности комично. – Я победил!
- Успокойся брат, - утихомирил шумного родственничка Смерть, принявший сейчас демоническое обличие. В ожидании развязки, раздвоенный язык нетерпеливо мелькал между чешуйчатых губ. – Он сейчас стирает ей память, и собирается блокировать свои надуманные чувства с помощью легилименции.
- Надуманные ли? - игриво уточнил Любовь.
Смерть не счел нужным отвечать на этот вопрос – и так все ясно, к чему лишние слова. Его Жрец сумел совладать с собой, отринуть все препятствия на пути к служению. Четвертое и последнее испытание - то, о котором в разговоре со Снейпом он умолчал - пройдено.
- Он мой, - тонкие черные губы искривила довольная усмешка. - Навечно.
И только его глаза оставались печальными.


@темы: мои фанфики

URL
   

Звездный водопад

главная